Философская антропология https://pa.iphras.ru/ <p class="a0" style="text-align: justify;">Журнал <strong>«Философская антропология / Philosophical anthropology»</strong> призван отражать историю и тенденции философского постижения человека. В нём освещаются основные этапы становления философии человека, многообразие антропологических учений, связь философской антропологии с другими направлениями философской мысли. Журнал призван проследить развитие философско-антропологических воззрений, раскрыть их глубину и богатство, показать своеобразие антропологических интуиций далёких и близких культур, выявить внутреннюю проблемно-смысловую близость конкретных философских выводов о человеке. Издание включает все разновидности философско-антропологического знания – культурную, социальную, политическую, историческую, религиозную, психоаналитическую, педагогическую антропологию. Кроме того, в журнале публикуются статьи, носящие междисциплинарный характер и освещающие человековедческие темы через призму культурологии, биологии, психологии, педагогики и других научных направлений.</p> <p style="text-align: justify;">Издание знакомит читателей с современным состоянием философско-антропологической мысли как в России, так и за рубежом.</p> Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт философии Российской академии наук ru-RU Философская антропология 2414-3715 Философская антропология Мартина Бубера https://pa.iphras.ru/article/view/6945 <p>Мартин (Мордехай) Бубер родился в Вене в 1878 г. До 1933 г. он жил в Германии, затем эмигрировал в Швейцарию, позже — в Палестину. После Второй мировой войны философ выступал с осуждением арабо-еврейской вражды и антигуманных действий по отношению к палестинским арабам. Умер Бубер в 1965 г. в Иерусалиме. Творческое наследие философа чрезвычайно популярно во многих странах. Как мыслитель Бубер соединял в себе множество разнородных интересов и устремлений. Он был нетривиальным мудрецом-философом, ярким переводчиком Танаха, исследователем хасидизма, выдающимся просветителем и проповедником, поэтом и литератором. По своим воззрениям Бубер близок к диалектической теологии и экзистенциализму.</p> <p>Центральная идея философии Бубера — бытие как диалог между Богом и человеком, человеком и миром. Развивая концепцию религиозного экзистенциализма, мыслитель существенно обогатил философскую антропологию. Выраженное им прозрение, уходящее своими корнями в библейскую традицию, просто и величественно: жизнь человека в диалоге с другими людьми, которые ему подобны. Этот диалог созидателен и спасителен, когда он осуществляется при посредстве Бога, его заповедей о нравственности и любви. Именно в этом диалоге выявляется жизненность и самого Бога. Так, Бубер всем своим творчеством ответил на философские представления XX века, на идеи «смерти Бога» и «смерти Человека».</p> <p><a href="#_ftnref1" name="_ftn1"></a></p> Павел Гуревич Copyright (c) 2021 Философская антропология 2021-12-25 2021-12-25 7 2 6 33 10.21146/2414-3715-2021-7-2-6-33 Спасательный круг культуры https://pa.iphras.ru/article/view/6946 <p>Как психологически устоять нашему современнику под натиском коммуникационных баталий, разворачивающихся в общественном пространстве? И как не привносить в подобный тип противостояния свой вклад, пусть и выступая лишь в роли пассивного участника — наблюдателя, число которых в информационном мире столь значительно? Автор статьи связывает ответы на эти вопросы с повседневной работой личности по осмыслению и положительного, и отрицательного по результативности опыта. При этом культура, будучи по сути своей эклектична (М.&nbsp;Гаспаров), открыта разному, оказывается существенным подспорьем для такого рода усилий. Помощь культуры контрастирует с воздействием идеологической интенции, которую предложено рассматривать как достаточно распространённую в обществе установку, присущую далеко не только социальным субъектам «идеологического фронта». Особое внимание в статье уделяется выстраиванию личностью мостов между собственным внутренним и внешним мирами, где человек в помощь себе и Другим ведёт работу с многообразием как с целью и как со средством. Дифференцированный подход, терпимость, внимание к позитивному опыту служат поддержкой для нашего современника при решении как индивидуальных, так и общественных проблем, оказывающихся предметом дебатов, наполняющих пространство коммуникации.</p> Ася Сыродеева Copyright (c) 2021 Философская антропология 2021-12-25 2021-12-25 7 2 34 47 Растения философов: Интеллектуальный гербарий (Пшеница Аристотеля (глава 2), Сельдерей Авиценны (глава 5)) https://pa.iphras.ru/article/view/6947 <p>Журнал продолжает публикацию переводов отдельных глав книги известного феноменолога Майкла Мардера «Растения философов (Интеллектуальный гербарий)». Из двенадцати историй выбраны две — «Пшеница Аристотеля» и «Сельдерей Авиценны». Автор анализирует взгляды античного философа Аристотеля и средневекового персидского философа и врача Ибн Сины (Авиценны) на природу растений и их место в разнообразном мире живых существ, показывая, как образы пшеницы и сельдерея становятся значимой частью их философских размышлений.</p> <p>М.&nbsp;Мардер подчёркивает, что древним учёным были чужды современные системы биологической классификации. Каждое создание занимало собственную нишу и существовало ради определённой цели. Однако контуры этих телеологий были совсем не такими, какими мы их себе представляем сегодня. Например, для Аристотеля благородный человек, благородное животное и благородное растение имели между собой больше общего, чем два представителя одного и того же биологического царства. К тому же границы между ними были достаточно зыбкими. Глупый человек, неспособный следовать строгим принципам логики, в буквальном смысле слова уподоблялся растению.</p> <p>Авиценна обнаруживает в растениях «растительную душу», выше которой он ставит «душу животную». Оба этих уровня он находит у человека. Осознание этой совокупности необходимо, по мнению Авиценны, для подлинного самопознания и, следовательно, для познания Бога.</p> <p>Автор книги делает попытку ответить на вопрос: что, если смешение сходных существ, переходящих друг в друга и выходящих друг из друга, характерное для античного и средневекового мира, является не фантастическим вымыслом, а проницательным описанием нашего трансгенного настоящего и будущего?</p> Майкл Мардер Валентина Кулагина-Ярцева Наталия Кротовская Copyright (c) 2021 Философская антропология 2021-12-25 2021-12-25 7 2 48 84 10.21146/2414-3715-2021-7-2-48-84 Панпсихизм в современной аналитической философии сознания https://pa.iphras.ru/article/view/6948 <p>Статья посвящена панпсихическим концепциям в современной аналитической философии сознания. По мнению некоторых влиятельных философов, панпсихизм имеет теоретические ресурсы для решения и старой загадки Р.&nbsp;Декарта о каузальном отношении между царствами ментального и физического, и трудной проблемы сознания Д. Чалмерса: «Почему некоторые физические системы порождают сознательное переживание?». Во второй половине XX&nbsp;в. в аналитической философии велись бурные дискуссии о том, действительно ли некоторые аспекты сознательных метальных состояний, феноменальные свойства опыта, нередуцируемы к чему-либо физическому или функциональному. Стратегия современных сторонников панпсихических концепций заключается в попытке обоснованно расширить нашу онтологию. Они добавляют на микроуровень примитивный аналог сознательного опыта, которым обладают такие фундаментальные физические сущности, как элементарные частицы. Тем самым феноменальное сознание в своей микроформе не только становится фундаментальным элементом реальности, но и получает свою каузальную релевантность на макроуровне. Тем не менее все разновидности панпсихизма сталкиваются с проблемой комбинации: «Каким образом комбинация опыта фундаментальных физических сущностей приводит к появлению сознания?». В статье оценивается правдоподобность главных ответов на различные вариации проблемы комбинации. Демонстрируется, что после ревизии панпсихические концепции теряют своё преимущество перед дуализмом и физикализмом по разным основаниям. В случае с эмерджентным и автономным ответами понятие микроопыта становится теоретически бесполезным. Ответ С.&nbsp;Колмана через элиминацию микросубъектов и вовсе приводит к отказу от панпсихизма, а идея феноменального соединения Ф.&nbsp;Гоффа обременена тем, что мы в принципе эпистемически закрыты для её понимания. Автор приходит к выводу, что трудная проблема сознания неразрешима в силу неустранимости своей эпистемологической составляющей, а не метафизической или эмпирической. Пока вопрос формы «Действительно ли объект X обладает подлинной феноменальной перспективой от первого лица?» имеет смысл, мы так или иначе будем склонны считать, что трудная проблема сознания ещё не решена.</p> Александр Гусев Copyright (c) 2021 Философская антропология 2021-12-25 2021-12-25 7 2 85 103 10.21146/2414-3715-2021-7-2-85-103 Культ безопасности как тоталитарная угроза https://pa.iphras.ru/article/view/6949 <p>Замысел автора состоит в том, чтобы подчеркнуть противоречивый характер феномена безопасности и акцентировать внимание на том, что чрезмерная безопасность — чаемая, требуемая, достигаемая — оборачивается деструктивной противоположностью, становясь тоталитарной угрозой. Реальная защищённость, действительно нужная для содержательной жизни, достигается ненадуманной уверенностью в собственных силах и доверительными отношениями с немногими из окружающих. Отчуждение индивидом ресурса самообороны в пользу третьих лиц и структур ведёт к тоталитарному культу безопасности, превращающему её в фарс.</p> Алексей Фатенков Copyright (c) 2021 Философская антропология 2021-12-25 2021-12-25 7 2 104 109 10.21146/2414-3715-2021-7-2-104-109 «Мумификация культуры»: современные подходы к мемориальным практикам https://pa.iphras.ru/article/view/6950 <p>Статья посвящена критическому анализу современных подходов к мемориализации культуры, преобладающих в западноевропейской философской мысли, на примере медиологии Р.&nbsp;Дебре. Показано, что само обращение к проблемам смерти и сохранению памяти прошлого является чрезвычайно значимым сегодня на фоне «ускорения истории», утраты единства исторического времени и плюральности взглядов на прошлое. Однако трансляция опыта прошлого посредством следов памяти сводит представление о культуре лишь к её «телесному» воплощению. Культура рассматривается как сумма приобретений, накопленных и переданных человеком как биологическим видом. Делается вывод о сближении в современных концепциях понятия памяти с понятием информации. Критикуется взгляд на накопление и распространение артефактов во внешнем мире как универсальный способ компенсации коллективного «беспамятства» человечества.</p> Эльвира Спирова Copyright (c) 2021 Философская антропология 2021-12-25 2021-12-25 7 2 110 118 10.21146/2414-3715-2021-7-2-110-118 О гуманистической направленности развития социологии https://pa.iphras.ru/article/view/6951 <p>В статье даётся характеристика социологии как гуманистической социальной науки. Изначально она является рациональной формой общественного сознания и основой развития демократических процессов в обществе. Однако социология всегда содержала в себе альтернативные направления развития, которые приводили к её кризису или отрицанию вообще. С особой остротой это проявилось в современной социологии, выражаясь в ряде форм. Автор приходит к выводу, что она ещё не даёт всем людям в руки способность быть субъектами власти и собственных продуманных поступков, занимать в обществе активную позицию.</p> Владимир Козырьков Copyright (c) 2021 Философская антропология 2021-12-25 2021-12-25 7 2 119 125 Седрик Робинсон и антропология «чёрного марксизма» https://pa.iphras.ru/article/view/6952 <p>Статья посвящена взглядам Седрика Робинсона на марксизм и так называемому «чёрному марксизму». Рассматривается критика Робинсоном материалистического понимания истории с точки зрения цивилизационного подхода, раскрывается значение понятия «расовый капитализм». Высказываются предположения, как марксизм может парировать критику Робинсона. Также говорится о возможных судьбах марксизма и его чёрной радикальной критики.</p> Георгий Шулико Copyright (c) 2021 Философская антропология 2021-12-25 2021-12-25 7 2 126 134 10.21146/2414-3715-2021-7-2-126-134 Спектр концептов в экзистенциальной онтологии Ж.-П. Сартра https://pa.iphras.ru/article/view/6953 <p>Отмечается актуальность изучения типологий философских понятий для преодоления негативного отношения к сложности философского языка. Предлагается авторская типология концептов, состоящая из концептов-универсалий, концептов-классификаторов, авторских концептов и ситуационных авторских концептов. Данная типология накладывается на творческое наследие Ж.-П.&nbsp;Сартра. Делается вывод об особенностях сартровского письма.</p> Александр Саенко Copyright (c) 2021 Философская антропология 2021-12-25 2021-12-25 7 2 135 141 10.21146/2414-3715-2021-7-2-135-141 Проблема сакрального в контексте истории философской мысли https://pa.iphras.ru/article/view/6954 <p>В статье анализируется общая история формирования феномена сакрального, а также его потенциал для исследования в контексте истории философской мысли. В рамках существующих тенденций исследования сакрального феномен принято анализировать либо в его узкой предметной специализации, либо в контексте отдельных дисциплин, связь с которыми он обнаруживает. При этом феномен не рассматривается в полной мере как отдельное явление, оказывающее и претерпевающее внутренние и внешние изменения в рамках общих секулярных тенденций в развитии человечества. Предполагается, что данная ситуация складывается из-за недостаточной исследованности феномена в рамках исторического контекста. Автор полагает, что эту проблему можно решить при помощи исторической реконструкции феномена, анализируя его опосредованно, через связь с монотеистическими религиями и языческими культами.</p> Наталия Стороженко Copyright (c) 2021 Философская антропология 2021-12-25 2021-12-25 7 2 142 149 10.21146/2414-3715-2021-7-2-142-149 Мировоззренческая ригидность: путь к патологии или возможность прорыва к трансценденции (на примере экзистенциальной антропологии К. Ясперса) https://pa.iphras.ru/article/view/6955 <p>В данной статье обсуждается идея немецкого философа и психиатра К.&nbsp;Ясперса о тесной связи психологической болезни и нераскрытой потенциальности человека. Сама психопатология современного человека трактуется как запрос на реализацию свободы, который принял уродливые формы. Предлагается авторский взгляд на решение проблемы мировоззренческой ригидности. Вводится представление об уровнях развития сознания в качестве возможной системы ориентаций, о психологической триаде и её разнообразных обнаружениях в составе мировоззренческой «раковины», в том числе о положительных и отрицательных типах психодинамики. Описываемый подход может служить методом анализа индивидуальной обусловленности, а также самого широкого ряда явлений современной культуры.</p> Кирилл Голиков Copyright (c) 2021-12-25 2021-12-25 7 2 150 158 10.21146/2414-3715-2021-7-2-150-158 Распад интерсубъективности: безумие как невозможность любви (по Л. Бинсвангеру) https://pa.iphras.ru/article/view/6956 <p>В статье рассмотрена проблема любви и безумия как противоположных модусов человеческого бытия. С точки зрения феноменологии любви и Dasein-анализа Людвига Бинсвангера анализируется реципрокное влияние безумия и распада интерсубъективности в условиях антропокризиса на примере интеракции человека и искусственного интеллекта. Продемонстрировано, что полноценная реализация человека невозможна в изоляции от других, она возможна только в отношениях с другими, высшей формой которых является любовь. Человеческое существо является рождённой возможностью «генерализованного Мы», его задача — реализовать эту возможность в непосредственной встрече «Мы». Только через «Мы» Dasein может достичь наиболее полной реализации. Любовь определяется как сущностная структура человеческого, «фундаментальная форма», которая структурирует человеческое существо, и её неудача вызывает безумие. Описаны гипотезы Л.&nbsp;Бинсвангера о невозможности любви в психопатологическом состоянии в связи с восприятием других как объектов и вытекающей из этого невозможностью создать «Мы» как совместное-бытие-в-мире и о форме лечения, состоящей в том, чтобы открыть возможность «Мы». Выдвинута гипотеза о том, что вынужденное внешнее ограничение реализации интенциональности к «Мы» также может оказать влияние на сужение миропроекта человека и привести к безумию.</p> Ольга Цветкова Copyright (c) 2021 Философская антропология 2021-12-25 2021-12-25 7 2 159 170 10.21146/2414-3715-2021-7-2-159-170 Антропоцентризм между депрессией и психозом: к автономии аффекта https://pa.iphras.ru/article/view/6957 <p>Данная статья имеет целью проблематизировать тему индивидуального психоэмоцонального здоровья современного человека и в связи с этим указать на альтернативное толкование аффекта. Осуществляется это путём рассмотрения проблемы не с точки зрения автономии индивида, а в трансиндивидуальной перспективе, в которой современная распространённость депрессии связывается не с проблемами отдельного страдающего субъекта, а с социокультурной ситуацией, которая этого субъекта производит. Подобная рекурсивность индивида и общества имеет в конечном счёте структурно-семиотический характер, т.&nbsp;е. опосредована репрезентацией. Поэтому выдвигается предположение, что именно аффект как нерепрезентативное способен послужить открытию альтернативных путей в понимании субъективной жизни и выстраивании новых культурных практик.</p> Егор Дорожкин Copyright (c) 2021 Философская антропология 2021-12-25 2021-12-25 7 2 171 178 10.21146/2414-3715-2021-7-2-171-178 Обретение личной свободы как метанойя в концепциях Д. Купера и Р. Лэйнга https://pa.iphras.ru/article/view/6958 <p>В статье автор поднимает проблему личной свободы, обращаясь к концепции метанойи Р.&nbsp;Лэйнга и Д.&nbsp;Купера. На основании идей Лэйнга осмысляется понимание свободы как обретение подлинного «я» путём переживания опыта психического заболевания, которое было введено в поле философского осмысления. На примере схемы метанойи Купера рассмотрен переход от состояния отчуждения и приспособления к свободному самоосуществлению как от неразумия к здравомыслию. Ставится вопрос о критериях нормы и патологии в ходе реализации личной свободы. Обосновывается актуальность дальнейшего развития идей Лэйнга и Купера в аспекте возможности осуществления экзистенциальной метанойи в современном социокультурном контексте.</p> Юлия Устюгова Copyright (c) 2021 Философская антропология 2021-12-25 2021-12-25 7 2 179 187 10.21146/2414-3715-2021-7-2-179-187 Антиреалистическая и неклассическая теории анализа и синтеза https://pa.iphras.ru/article/view/6959 <p>В статье показано, что логически возможны три антиреалистические теории классических анализа и синтеза: презентационистская, солипсистская и кантовская, но реально разрабатывается только последняя. Выявлены её специфические черты и черты, общие с другими, логически возможными антиреалистическими теориями. Проанализировано соотношение кантовской теории анализа и синтеза знаний с его теорией анализа и синтеза предметов знаний. Охарактеризованы гносеологические проблемы, вынудившие Канта утверждать, что новые знания даёт только синтез знаний, а анализ лишь проясняет его результаты. Кантовское решение этих проблем соотнесено с их реалистическим решением. Исследована роль, которую кантовский «коперниканский переворот в философии» играет в его интерпретации анализа и синтеза предметов знаний. Рассмотрена кантовская теория аналитических и синтетических суждений. Показано, что кантовский вопрос «как возможны синтетические суждения a priori?» является по существу вопросом о природе теоретического познания, поскольку исторически оно формировалось в античной геометрии именно как единство анализа и синтеза. Показано качественное различие между классическими и геометрическими (по происхождению) анализом и синтезом. Описаны три исторических этапа их формирования. Исследовано утверждение И.&nbsp;Ньютона, что естественнонаучный эксперимент возник в результате распространения метода геометрических анализа и синтеза на естественные науки.</p> Георгий Левин Copyright (c) 2021 Философская антропология 2021-12-25 2021-12-25 7 2 188 210 10.21146/2414-3715-2021-7-2-188-210 Коген Герман https://pa.iphras.ru/article/view/6960 <p>Статья представляет очерк биографии и творчества Германа Когена, главы Марбургской школы неокантианства. Показывается, сколь ошибочно представление, будто Коген сводил всю философию к теории познания. В то же время теория познания действительно занимала важное место в системе Когена, причём под познанием он понимал в первую очередь математизированное естествознание, хотя уделял внимание и понятию цели и его значению как для биологии, так и для философской системы в целом, ибо это понятие способствует соединению учения о познании и этики. Показана особенность когеновского понимания идеализма: последний становится плодотворным только тогда, когда учитывает то, что отлично от разума, составляет для него затруднение и тем самым задаёт задачу, а именно чувственные данные. Проанализировано, каким образом Коген увидел такой идеализм у Платона и Канта, а также в научной революции конца XIX — начала XX&nbsp;вв., в частности в кризисе механистического понимания материи и в теории относительности А.&nbsp;Эйнштейна. Рассмотрены истоки когеновского понимания непрерывности, реальности и их связи, а также его понимание вещи самой по себе.</p> <p>Обращено внимание на связь когеновского понимания бесконечной задачи познания (приближение к вещи самой по себе) и его идеи человечества, представлено развитие этой идеи в этике и эстетике Когена. Трансцендентальная свобода (как и вещь сама по себе вообще), с его точки зрения, не может быть уже данной отличительной чертой субъекта, но остаётся бесконечной задачей, стоящей перед человечеством как целым.</p> <p>Более подробно рассмотрена когеновская философия религии, которая стала завершающей частью его системы. Коген определяет религию разума и объясняет её отличие от этики. Религия разума признаёт несводимого к Я Другого, искупление, прощение и обновление. Хотя религия разума принадлежит всему человечеству, но впервые начинает формироваться и развиваться в иудаизме. Проанализировано когеновское понимание Бога, религии разума как этического монотеизма, идея корреляции Бога и человека. Показано, что этический монотеизм в понимании Когена кульминирует в идее мессианизма.</p> Зинаида Сокулер Copyright (c) 2021 Философская антропология 2021-12-25 2021-12-25 7 2 211 238 10.21146/2414-3715-2021-7-2-211-238 Леруа Эдуар https://pa.iphras.ru/article/view/6961 <p>Статья посвящена концепции Эдуара Леруа (1870–1954), французского математика и философа-эволюциониста, представителя спиритуализма и католического модернизма, последователя А.&nbsp;Бергсона и соратника П.&nbsp;Тейяра де Шардена. Леруа определял свои взгляды как идеализм, подчёркивая этимологическую связь этого термина и с идеей, и с идеалом. «Потребность в идеализме», утверждающем тождество мышления с бытием и примат духовной активности, он считал характерной чертой подлинной метафизики. Одно из центральных понятий философии Леруа — «действующая мысль», или «мысль-действие», понимаемая как бесконечная сверхиндивидуальная реальность, динамическая континуальность, поток творческой энергии, непосредственно проистекающей от Бога и постигаемой интуитивно. В статье рассматриваются представления Леруа о науке, философии, религии, а также теория эволюции, в контексте которой Леруа совместно с Тейяром разработал учение о ноосфере.</p> Ирина Блауберг Copyright (c) 2021 Философская антропология 2021-12-25 2021-12-25 7 2 239 250 10.21146/2414-3715-2021-7-2-239-250 Эпиктет https://pa.iphras.ru/article/view/6962 <p>Эпиктет (ок. 50, Гиераполь, Фригия — ок. 135, Никополь, Эпир) — один из самых видных представителей (наряду с Сенекой и Марком Аврелием) Поздней Стои, ученик Музония Руфа. В молодости был рабом Эпафродита, приближённого императора Нерона. При императоре Домициане выслан в Никополь, где открыл свою школу. Эпиктет был незаурядным интерпретатором стоической этики, достойным признания за последовательность своей мысли и эффективность методов обучения. Среди всех стоиков он особенно выделял аспект нравственной свободы. Своим ученикам он внушал необходимость внутренней честности, умения владеть собой, принципиальную важность «свободы выбора» и «правильного пользования представлениями». Искренний и подчас язвительный, Эпиктет оказал большое влияние на последующую моралистическую традицию (в первую очередь на Марка Аврелия). Оригинальное понимание стоической этики придаёт ему статус самостоятельного мыслителя в рамках стоической традиции.</p> Александр Столяров Copyright (c) 2021 Философская антропология 2021-12-25 2021-12-25 7 2 251 271 10.21146/2414-3715-2021-7-2-251-271